экзистенциальная философия бердяева и шестова

ЛевШестов НИКОЛАЙ БЕРДЯЕВ (Гнозис и экзистенциальная философия)

Хорош тем, что имеет удобный по интерфейсу форум ко всем

публикациям, что позволяет всем желающим их обсуждать и

получать ответы от хозяина раздела.

НИКОЛАЙ БЕРДЯЕВ (Гнозис и экзистенциальная философия)

Бердяев является несомненно первым из русских мыслителей, умевших заставить себя слушать не только у себя на родине, но и в Европе. Его сочинения переведены на многие языки и везде встречали к себе самое сочувственное, даже восторженное отношение. Не будет преувеличением, если мы поставим его имя наряду с именами наиболее сейчас известных и значительных философов таких, как Ясперс, Макс Шеллер, Николай Гартман, Гейдеггер. И Вл. Соловьев переведен на многие языки (по-немецки вышло даже полное собрание его сочинений), но его гораздо меньше знают, чем Н.Бердяева, и он никогда не привлекал к себе интересов философствующих кругов. Можно сказать, что в лице Н.Бердяева русская философская мысль впервые предстала пред судом Европы

или, пожалуй, даже всего мира. Но в нашей эмигрантской литературе о нем почти не говорят. За пятнадцать лет своего пребывания за границей он выпустил целый ряд крупных философских работ: Философия свободного духа , О назначении человека , Я и мир объектов , Дух и реальность , Новое средневековье и напечатал в журнале Путь , который он редактирует, много мелких и крупных статей но религиозным, философским и социальным вопросам, но о нем в русских журналах и газетах почти никто никогда не писал. Почему? Трудно сказать, почему. Во всяком случае не потому, что его не ценят и им не интересуются или интересуются мало. И темы его и его подход к этим темам не могут не захватывать даже тех, кто стоит в стороне от философских и религиозных вопросов.

Последняя книга Н.Бердяева, Дух и Реальность , есть до известной степени комментарий и итог всего того, о чем он писал раньше. Но, как всегда у него бывает, каждая новая книга привносит кой-что, чего в предыдущих книгах не было. Уже в предшествующей его книге, Я и мир объектов , чувствовалось что-то новое: прежде он говорил только о гнозисе теперь он говорит и об экзистенциальной философии. Экзистенциальная философия термин, привнесенный Киргегардом. Но нужно сразу сказать, что Бердяев, хотя он и очень высоко ценит Киргегарда, его философией интересуется мало, что он почти не говорит о ней. И даже иной раз говорит в резко отрицательном смысле. В Назначении человека мы читаем: у такого пламенного и значительного мыслителя, как Киргегард, есть элемент нехристианского максимализма, максимализма безблагодатного, противоположного любви . Уже из этих слов ясно, что, усвоив себе киргегардовский термин, Бердяев менее всего расположен принять то, что Киргегард связывал с экзистенциальной философией.

Да вряд ли и могло быть иначе. Бердяев ведет свою философскую родословную от знаменитого немецкого мистика, Якова Б